суббота, 27 ноября 2010 г.

Местный

Был я сегодня аж в двух местах. Первое называется “Эксплораториум”. О нем я узнал ещё с первого курса университета на лекциях Пальчикова. Это типа технического музея Берлина (вернее его детской части) или Мираикана в Токио. Хотя он переделан из какой-то старой галереи искусств (вот, например, очень помпезный портик перед музеем)

он всё же заметно меньше своих “зарубежных аналогов”. Билеты я купил по тырнету заранее, чтобы жадные дети всё не расхватали. Кристиан Бауер, кстати, мне строго не рекомендовал ходить туды на следующий день после дня Благодарения, так как это тоже общий выходной, но его люди проводят не дома, а занимаясь или жопингом или шляются по музеям. В частности, про “Эксплораториум” он сказал, что там будет “зиллион кидс”. И он был прав. Вообще этот музей предназначен для детей, поэтому большинство экспонатов там развлекательные. Типа такого:
С учетом усиленной пропаганды педофилии в США (программами типа “To catch a predator”) и огромной толпы спиногрызов ошалело носящейся от экспоната к экспонату, я со своей бородой чувствовал себя каким-то лишним на этом празднике жизни. Поэтому быстро и внимательно всё осмотрев, забился в угол столовой и, напряженно жуя салат, злобно поблескивал оттуда пенсне. Может это, кстати, было и к лучшему. Потому как, рассказывая про это место, Пальчиков упомянул, что “каждый экспонат рассчитан на прямое попадание ребенка”. И действительно, из материалов преобладают в основном бетон и чугун, но часть чугунных ручек оторвана с мясом, а бетонные основания милые дети выдирают с корнем. После успешного пожирания салата, я направился в местный сувенирный магазин. До магазина жадные дети ещё не добрались, поэтому я забрал всё (реально, скупил даже подержанные образцы для демонстраций с пятидесяти процентной скидкой). Кошелек изрядно похудел, но сумку с покупками я поднять не смог поэтому попросил большой бумажный пакет (так что держитесь, гады, от подарков вам не уйти). Была у меня мечта заиметь такую штучку (как у Пальчикова) из двух квадрупольных магнитов, которая одним концом упирается в подставку а сама висит в воздухе, но оказалось не суждено. За то взял вот такую (извините за качество, как опытный оператор, снимал в туалете отеля на говнофон, а приделанный звук взял из ынтернета):
После этого направился в музей изобразительного искусства de Young. Музей отличный. В коллекции много американской живописи (что меня, собственно, больше всего интересовало) типа Taneuki (Dan) Harada, George Hibi, Thomas Hart Benton, Grant Wood, Robert Gwathmey и (куды ж без него) Edward Hopper. Очень сильно поразила картина Mel Ramos “Superman”. Комиксы про Супермена, впервые появившиеся во время Великой Депрессии, являются ничем иным, как адаптацией героического мифологического эпоса Древней Греции. Как тут говорят “ultimate triumph of good over evil and its self-perceived role as the definer and defender of that good”. Ясно, что в реальной жизни с такой философией далеко не уедешь, поэтому Супермен изображен ещё сжимающим кулаки и со своей бульдожей челюстью, но на лице к него такая смесь недоумения, страха, омерзения, как будто он только что осознал, что нет ни какого добра ни зла, и одновременно понял, какие дурацкие у него трусы. А вокруг Супермена жидкий серо-коричневый фон цвета детского поноса. Впрочем, в разделе авангард висит довольно милый женский портрет работы Вальта Куна.

Помимо европейско-американской части есть очень хорошая выставка искусства Африки, Индонезии, Полинезии и т.д. Африку я не люблю, — пучеглазые истуканы инкрустированные настоящими человеческими ребрами, — от такого искусства ничего доброго не жди. Самая доброжелательная рожа выглядит как-то так (опять говнофон):
и то, он добрый только потому что у него есть хрюндель.

А вот культуру майя смотреть оказалось легко и приятно. В первом же зале нашел вазу на которой изображено, как мужик ебёт бобра. На душе сразу полегчало — видно, что индейцы знали толк в развлечениях. И вообще, как можно не полюбить культуру, где леопардов изображают такими кисами:
божества гоняют на скутерах из Звездных Войн:
а собаки чешут друг другу пузо:

И последнее. Меня тут всё время принимают за местного (что неудивительно, учитывая количество местных бомжей и алкашей). Сегодня два раза спрашивали дорогу. Я, конечно, показывал — что мне сложно, что ли. Первый раз было так: в автобусах совершенно дибильная система — билеты можно купить только если дашь два доллара без сдачи. Поэтому я с метро потащился в Севен-Элеван. Захожу и вижу ряд кофейников с надписью “любая порция 1 доллар 99 центов”. Я, конечно, налил себе самый большой стакан какао и пошел на кассу. Банкноты меньше сотни у меня не оказалось. Посмотрев на недовольную рожу продавца (сцена-то эпическая!), я не мог не попросить печенья со сливочным сыром. Продавец, сука, печенье мне дал — потому и жив остался. Возвращаюсь я на остановку злой как чёрт, и тут подваливает ко мне парочка американцев. Мы, говорят, туристы, нам надо на Маркет-стрит (кстати, думаю, где это?), вы нам не скажете, а билеты можно в самом автобусе купить. Нет, говорю, нельзя. Вам надо вот сюда, вниз, и два квартала до Fisherman’s Wharf — там есть киоск, вот там и купите. А остановка на Маркет-стрит — она во-он там. Они мне поверили и ушли. Пришел автобус до Маркет-стрит, я заплатил свои два доллара и поехал. Второй раз уже обращались после de Young: комплекс музеев стоит посреди большого парка (Golden Gate Park) в котором заплутать очень легко, а я решил затариться кожаными ботинками Dr. Martens и потопал на выход. В самой чаще встречаю группу туристов, которые меня спрашивают, не знаю ли я где музей de Young. Уже поздно и они видите ли опаздывают на специальную выставку импрессионистов, привезенных д’Орсе. А мне, между прочим, на эту выставку билета даже через интернет не хватило. Ага, говорю, знаю, сам только что оттуда. Вам вот по этой тропинке, и показываю в противоположную сторону. Ботинками я, кстати, успешно затарился, а те чуваки меня всё равно не найдут — я живу на другой стороне залива.